Владислав ЗУБЧЕНКО
Светлая Пасха пришла! В советские времена её официально вообще никак не отмечали в силу борьбы партии с религиозным дурманом. Разве что тайно на кухнях. У нас тогда только на кухнях самое интересное и можно было узнать.
А вот теперь вдруг Пасха стала праздником сразу для всех: для верующих и не очень, для христиан и мусульман, для молодых и стариков, тех самых, которые в СССР шарахались от храмов и говорили нам, детям, показывая пальцем на идущего по улице священника, что Бога нет.
Оказалось, что Бог есть и был всё это время. И бывшие комсомольские и партийные работники, отрицавшие его прилюдно, нынче очень даже хорошо знают молитвы – человеку всегда есть что замаливать. Теперь на храмы жертвуют деньги очень богатые люди в надежде, что Господь им это зачтёт на том свете.
Хотя лично мне представляется совсем иная мера, которой нас там станут мерить, и ни продать, ни купить что-либо там будет невозможно. Да, не каждый из нас сходит в Пасхальную неделю в церковь, не каждый скажет при встрече «Христос Воскресе!», чтобы услышать в ответ «Воистину Воскресе!», и, может быть, не каждый получит в подарок крашеное яйцо и съест кусочек кулича. Но это не так уж и важно.
Просто в эти светлые дни все мы становимся чуточку лучше, добрее, чище. Ловим себя на мысли, что плохое слово как-то само собой не выдавливается из нас, словно кто-то невидимый на самом деле наблюдает за нами сверху и препятствует извержению зла из наших сердец. Мы говорим про Бога в душе, про то, что верить можно по-разному, не соблюдая церковных порядков. Я тоже думаю, что Богу всё равно, каким его видит человек, главное, что он его видит и чувствует.
Моя мама состояла в Коммунистической партии, никогда не верила в Небеса, но жила по совести, честно и прямо. Я думаю, что Господь это однажды увидел и начал помогать ей растить ребёнка вместе с моим отцом, за которого мама вышла, когда тот остался без ноги.
Мы часто стесняемся быть откровенными со своими близкими, но есть время и место, когда ты можешь пооткровенничать с самим собой, задать себе самые неудобные вопросы. Пусть ты пока не дошёл до исповеди и покаяния, но то, что ты смог остаться наедине с собой, даже не найдя нужных ответов, это уже большой шаг.
Там, наверху, про тебя знают и помнят, но вряд ли одёрнут за руку, если ты сделаешь что-то плохое. Там будут ждать, пока ты не поймёшь сам. И нет среди христианских заповедей заповеди «не бойся». Я знаю людей, которые, истово веря, вдруг устали ждать чуда и засомневались. Разумному человеку свойственно сомневаться, и Бог это знает. Он подождёт…
